Статьи по играм и киберспорту Dota 2

«Чтобы вывозить работу в Virtus.pro, я сидел на антидепрессантах». Nukem о «золотой эре» и менеджерстве Эксклюзив

Герой этого интервью незаслуженно оставался в тени почти четыре года работы в киберспорте. Оно и логично: до победы Team Spirit на TI10 в СНГ менеджеров воспринимали, скорее, как людей на побегушках, а не сотрудников, которые наравне с остальными вносят вклад в результат коллектива.

Прочитать монолог Димы о распаде золотого состава Virtus.pro можно здесь.

Дмитрий «Nukem» Шишков — менеджер «золотого состава» Virtus.pro, которого вы могли помнить по мемам про кофе из Starbucks. К сожалению, таким он известен широкому комьюнити. Я решила поговорить с Димой о жизни, работе и Virtus.pro и, кажется, вскрыла душевную рану, которая ещё не до конца затянулась. За 6 часов откровенной беседы мы обсудили очень многое. Из первой части интервью вы узнаете:

  • Как Дима попал в киберспорт и кем работал до этого;
  • Почему его задвигали на задний план в Virtus.pro;
  • Воспоминания о Kiev Major или когда началась эра VP;
  • Почему команде пришлось расстаться с Лилом и можно ли было этого избежать;
  • О сложностях общения с молодыми игроками;
  • Как Дима справлялся с депрессией из-за работы;
  • Почему игроков растили с золотой ложкой во рту и воспитывали как рок-звёзд;
  • Как тонул корабль Virtus.pro и при чём тут медийка Рамзеса;
  • Взгляд Димы на эволюцию отношений Соло и Рамзеса;
  • Почему VP так и не удалось выиграть TI;
  • Virtus.pro при Дворянкине vs при Гламазде;
  • Что значит быть хорошим менеджером;
  • Менеджерство в VP и отношение к прозвищу «водонос»;
  • Почему Дима переживает из-за натянутых отношений с экс-игроками VP.

— Привет, Дима! Это твоё первое интервью за почти четыре года в киберспорте. Как так получилось — отказывал СМИ?

— Я никогда не отказывал, просто не было ни одного запроса от СМИ. Почему? Это интересный вопрос, над которым я сам долго бился. В первую очередь, это вопрос к тогдашнему руководству и медиаруководству Virtus.pro. У меня есть свои мысли по этому поводу.

Я сам довольно скромный и стыжусь показаться тщеславным, хотя внутри, как и у многих, у меня это есть. Я всегда был против того, чтобы лезть в кадр, на себя одеяло не тянул.

Одновременно с этим, возможно, у Ромы Дворянкина были свои идеи насчёт того, кто такой менеджер. Мне кажется, что в его понимании менеджер — водонос в чистом виде. Возможно, он сам как человек тщеславный не особо хотел делиться славой, поэтому в огромном количестве комментариев на сайте всегда находились люди, которые думали, что Дворянкин — менеджер состава, а под фотками спустя три года работы в VP люди спрашивали: «А кто этот чел?» Честно говоря, было немного обидно.

В СНГ отношение к менеджерам как к водоносам сложилось исторически. И это нормально, тебе интересно прочитать про Рамзеса или ещё какого-то кумира, а кто такой Дима Шишков? Ну менеджер, кофе носит, визы оформляет... Это, наверное, не очень интересно.

— Зато мне интересно. На Твитче у тебя написано, что ты сменил три профессии. Чем ты занимался до Virtus.pro?

— Я закончил архитектурно-строительный университет в Питере и пошел работать по специальности руководителем проектов в строительную фирму. Три года отработал и понял, что мне вообще не импонирует строительство как индустрия, особенно в России: совковый подход к ведению дел, всё очень кустарно и непрогрессивно. В этой индустрии не было ни романтики, ни приключений — тупая офисная работа. У меня случился экзистенциальный кризис, и я ушел в никуда. Думал, чем мне заняться дальше. Тем не менее, от первых руководителей я очень много получил, из меня сделали человека.

После этого друг меня надоумил изучить программирование. Последующие два года — где-то с 2013 по 2015 — я работал барменом-официантом в хипстерской кафешке в Питере [Woodbar], а дома изучал по книгам программирование на Java и платформу Android. Параллельно мотался в Данию, Копенгаген. Закончил обучение, и меня взяли в компанию Malwarebytes [производит антивирусное ПО], как раз туда нужен был Junior. Я поехал в Таллин и провёл там 1,5 замечательных года. В итоге осознал, что программист из меня как из говна конфета.

— Почему?

— Я понял, что программист — это призвание, ты должен этим жить. У меня это, скажем, не очень хорошо получалось, я не горел этим. А у меня такой тип личности, что если я не горю делом и не вижу развитие высших целей, долго не могу этим заниматься, быстро перегораю и понимаю, что это не моё.

Поэтому я уволился и вернулся в Питер в никуда. Тогда я увлёкся восточными практиками, философией, медитациями и Садхгуру [индийский мистик, проводит программы йоги по всему миру]. Думал взять билет в один конец и свалить в Индию. Хотелось приключений, но у меня не сложилось по деньгам.

— Как в твоей жизни появилась Virtus.pro?

— После этого я встретил одну очень интересную женщину: она астролог, эзотерик и кандидат математических наук. К ней ходят советуются богатые бизнесмены. Она мне сказала, что никуда не надо сейчас валить, потому что скоро найду хорошую работу, а на Восток всегда успею. Я такой: «Ну окей».

Сажусь, листаю HeadHunter, вижу очень унылые вакансии. Думаю: «Ну вот сейчас ради того, чтобы себя прокормить, пойду на полную тягомотину». И тут на одной из страниц натыкаюсь на вакансию «Менеджер состава по Dota 2 в Virtus.pro». Я офигел.

Я знал, что такое Virtus.pro, но киберспортом не увлекался — только играл в WoW. Откликнулся на hh.ru, потом написал несколько писем — тишина. А меня очень зацепила вакансия, я ей загорелся, плюс описание вакансии было прям про меня. Я нашёл Дворянкина во ВКонтакте и всячески пушил свою кандидатуру. Он ответил: «Мы сейчас тестируем кандидата, придётся подождать». Спустя три недели меня позвали на интервью.

Дима до VP

Источник: vk.com/dvshishkov

— Что на тот момент требовалось от менеджера?

— Составление и ведение графика команды, обеспечение буткемпа, корреспонденция и общение с ТО, взаимодействие с бизнес-юнитами внутри холдинга, ведение финансовой отчетности по всем тратам состава. В общем, полное обеспечение жизнедеятельности команды. Если сократить до одного предложения, то примерно так: игроки сидят за ПК и ни о чём больше в жизни не думают, начиная от записи к стоматологу и заканчивая личными вопросами.

— Как тебе помог предыдущий опыт работы в разных сферах?

— Первое, что я понимал: опыт работы за границей — это очень круто. Хороший английский необходим для нормальной работы менеджером. Я понимал, что у меня к тому моменту уже неплохой жизненный опыт.

Если взять строительство, то это очень хороший опыт работы с таблицами и финансами. Я делал сметные расчёты объектов на полмиллиарда рублей. После такого составить бюджет команды — это раз плюнуть. Там же навыки деловой коммуникации и переписки: я ездил на тендеры, представлял компанию на заводах. После такого уже не страшно.

Из программирования мне помог опыт работы в крупной компании, где был международный состав. Хоть у меня была русская команда разработки, в офисе сидели и индусы, и немцы, и другие ребята. Навыки работы в западной компании и жизнь в Европе — это очень полезно.

Работа официантом — это внимание, забота о людях и навыки коммуникации. Мне всегда приходит в голову параллель с аниме Golden boy [«Золотой парень»]. Весь этот опыт помог мне в менеджерстве. По факту эта работа — исключительно soft skills, которые я прокачал благодаря своему жизненному опыту. Каких-то особых hard skills там нет: уверенный пользователь ПК и английский язык — это уже база.

— А помнишь, как проходило собеседование?

— Вопросы были общего характера, а вот задание было практическое. Нужно было составить командный райдер на поездку в Чикаго, когда у тебя игроки разбросаны по всей России: подобрать рейсы, посчитать деньги и так далее. После этого было видеоинтервью, а затем мне написали: «Дмитрий, вы нам понравились. Когда вы готовы приехать в Москву?» Это я никогда не забуду. Говорю: «Завтра». Поехал «Сапсаном» на очное собеседование, вечером — домой, а через пару дней мне прилетел оффер. Как я потом узнал, моё сильное стремление получить эту работу и пунктуальность оказались одними из решающих факторов при выборе.

Мне отвечают: «Ну всё, завтра вы вылетаете в Краснодар». Я такой: «Вау, классно». Это был конец марта 2017 года, буткемп Virtus.pro перед Kiev Major. Я полетел и начал работать.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

— Первые дни в киберспорте — какие они? Кто тебе помогал адаптироваться?

— В Краснодаре меня ждали No[o]ne и RAMZES, которые тогда были совсем асоциальными ребятами. Меня встретил PodoX [менеджер RoX.KIS, а затем Virtus.pro], ввёл в курс дела: в какие магазины ездить, как и что работает, познакомил с великой домработницей Гульжанат, которая впоследствии все три года работала с составом Virtus.pro. Невероятная женщина, вывозила нереальный пласт работы. Я до сих пор не встречал ни одной женщины такого трудолюбия и самоотверженности.

Рома Дворянкин связал меня с Valve [с отделом, который отвечал за размещение команд на Kiev Major], потихоньку началась корреспонденция и работа. Я тогда очень сильно нервничал и переживал за билеты, разрешения, чтобы мы спокойно долетели в Киев. Это 2017 год, сложные отношения между странами, а для меня первый турнир.

На буткемпе с игроками было тяжело, поначалу всё было очень холодно и сухо. Когда приехал Лёша Solo, мы с ним быстро нашли общий язык, и он был своеобразным ментором по части того, как общаться с ребятами. Проще всего мне было с Лёшей и Пашей как наиболее взрослыми ребятами.

— Как ты искал контакт с игроками и позиционировал себя?

— Я помню, что первое время было непросто. Мне было прям стрёмно, потому что никогда не было опыта работы с такими людьми, я часто их не понимал. Просто был максимально аккуратен, держался на дистанции и интересовался, что для кого нужно сделать.

Ещё с самого начала Рома Дворянкин установил дистанцию между менеджером и игроками. Поскольку это были восходящие звёзды, он часто говорил: «Дима, будь аккуратен, это особые люди. Будь осторожен, к ним нужен особый подход: сдувай с них пылинки и не лезь им в душу».

Была следующая мысль: ты можешь что-то сделать, что у игрока испортится настроение, и он проиграет. Поэтому первые полгода я постоянно был на очке — боялся что-то не так сказать или сделать. Не дай бог лук в шаверме привезти, чтобы игрок тильтанул и просрал игру, потому что будешь виноват ты — менеджер.

Сейчас я понимаю, что эта риторика бредовая, но тогда так было надо. Долгое время я жил в страхе сделать что-то не так. Конечно, со временем это ушло, но было всё равно нервно.

Будем честны: мне очень нравилась работа и перспективы, поэтому я не хотел с неё вылетать, условно, потому что меня в начале невзлюбил какой-нибудь Рамзес. Поэтому я плясал под их дудку по полной. В принципе так продолжалось почти всё время в Virtus.pro.

— С Рамзесом было тяжелее всего?

— Да, с Рамзиком и Лилом. Они более закрыты, эксцентричны и грубее, не всегда умеют облекать в социально приемлемую форму свои желания, поэтому с ними тяжелее в быту. С Нуном было чуть проще.

В итоге к Лилу спустя полгода я нашёл свой подход, у нас выстроились хорошие человеческие взаимоотношения. Наверное, я тот редкий человек, который его понимает и глядит в корень, сквозь его броню. С малым у нас всегда не складывалось понимание, у нас не стакаются психотипы.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

— Почему не стакаются?

— Если честно, я не знаю. Меня самого этот вопрос всегда мучал. Например, у Ромы Дворянкина особая связь с Рамзесом. Но моё мировоззрение, отношение к жизни и навыки построения отношений с людьми никогда не стакались с его. Тут вопрос к серьёзным психологам. Просто по жизни есть люди, с которыми не стакаешься, пазлы не складываются. Здесь именно такой случай.

Рома очень закрытый человек, внутрь почти никого не пускает. А я очень люблю поболтать по душам, о жизни. Мне это важно. Если человек со мной не раскрывается, мне с ним сложно.

Окей, это можно компенсировать, если у человека есть активные социальные навыки. У игроков их нет. Поэтому если киберспортсмен не хочет со мной поболтать о жизни, про свои чаяния, то мне вообще сложно. Но со временем в VP я нашёл подход ко всем, поэтому мы были хорошей и дружной командой.

— VP в 2017-м — уже сложившийся коллектив? Какие на тот момент в команде были отношения?

— Да, коллектив был сложившийся, мне достались зарождающиеся звёзды. С августа 2016-го они играли вместе, а я пришёл весной 2017 года. Они уже съездили на бостонский мейджор, набрали опыта. Перед квалами на Kiev Major они даже были на грани дизбанда. Тогда взяли Артстайла, он всех сплотил, и они феерично выиграли квалу. Как раз после этой победы я к ним присоединился.

В первую очередь я увидел, что в команде всё демократично, но при этом Лёша был безусловным идейным лидером. Они с малым отвечали за игру и драфты. Отношения были горизонтальные, но под духовным предводительством Solo, психологическим и опытным менторством Артстайла и с другими вкраплениями от каждого игрока.

У каждого была своя изюминка. Паша — мегаспокойный и адекватный, компанейский человек: «У меня всё ок, я выполняю свою работу». Лёша — лидер, это понятно. Малой — это mad genius [безумный гений], эмоциональный парень со своим чувством «Доты». No[o]ne — это невероятно работящая талантливейшая лошадка, на горбу которой было много побед. Lil — сильнейший исполнитель на своей роли. Все вкладывали свои проценты, это была работа коллектива.

Virtus.pro — это тот редкий случай, когда шесть человек стакнулись, произошла мегахимия, и этот механизм работал. Я считаю, что модель Virtus.pro, которая существовала, — это исключение из правил. Это нельзя повторить и неправильно даже пытаться это сделать, потому что это магия.

— Твой первый турнир — тот самый Kiev Major. Я пересмотрела командный влог, и на первых же кадрах с аэропорта у тебя светящееся лицо. Каким ты запомнил тот турнир?

— А я с такой мордой каждый раз за границей выхожу, обожаю путешествовать! Я живу, когда езжу и летаю.

Есть на английском слово excited, на русский его можно перевести как «воодушевлён». В общем, я был в состоянии перманентного эксайтмента. Для меня это был дивный новый мир: и киберспорт, и Киев, и пятизвёздочный отель, и съёмки на зелёнке.

Игроков снимали для командных профилей, и я думал: «Вау, это киберспорт, но это так профессионально, почти Голливуд!» Я до сих пор помню, что там играла фоновая песня P.O.D. — Youth of the Nation, на меня это произвело впечатление: снимают молодёжь, а играет моя тема из нулевых, и это как бы альтернатива, но при этом Youth of the Nation — это уже про них, а не про меня.

Мне это запомнилось на всю жизнь. Я бегал с едой, запаривался, Marple бегала и снимала, Дворянкин меня и всех поддерживал. Сам ход турнира — это же вообще *** [капец]. Это был последний мейджор с нормальным призовым фондом, потому что сейчас — это смех и грех. Тогда был $3 млн, инвайты, всё красиво. Ты приезжаешь, а твоя команда начинает всех разносить. Ты такой: «Вау, круто».

Стадион в БКЗ, старый зал, но он забит битком, и все скандируют «Виртус.про, Виртус.про, Виртус.про!» Это был шок, я переживал всё время. Выкурено сигарет было неимоверно много. Весь Kiev Major я был в экзальтированном состоянии. После финала Лёша плакал, Лил плакал и я плакал. Kiev Major — это самые сильные эмоции за всю мою карьеру, дальше уже всё было проще на эмоциональном уровне.

— Можно ли сказать, что c киевского мейджора началась «золотая эра Virtus.pro»?

— Да, так и есть. Я попал на эру восхождения VP, которая началась именно с Kiev Major. До этого был Boston Major с 8-12 местом и победа на Summit, но BTS — это рофлотурик. Да, они показывали хорошие результаты, но второе место на мейджоре с серьёзным призовым фондом, составом участников... Это уже совсем другое дело. На киевском мейджоре нам ещё на афтепати сказали, что мы на Инте. И всё. В тот момент эта эра началась.

— А ты на тот момент вообще разбирался в «Доте»?

— У меня было представление о том, как она выглядит, но я в неё никогда не играл. До сих пор.

Мне всегда говорили: «Дима, запомни, игроки терпеть не могут, когда менеджер лезет к ним со своим мнением по игре». С этой установкой я и работал, до сих пор исповедаю этот подход. Когда тебе тридцатка, начинать играть в «Доту» — это жесть. Я пробовал, открывал туториалы и понимал, что ластхит — это уже космос. А когда я открыл магазин, то вообще подумал: «Да ну в его в жопу». Я столько играл в WoW и так много всего там изучил, что мне кажется, в моём мозге не осталось места для других игр. Незнание «Доты» никак не аффектит менеджера. За эти три года присутствия на командных разборах, слушая аналитику и комментирование, я начал понимать «Доту», но по-своему.

Есть ведь выражение: «Устами младенца глаголит истина». Вот и я периодически задаю глупые вопросы извне, и иногда они тригерят в игроках правильный ход мыслей. «А что, если так? А как вот это?», — они мне начинают объяснять какие-то очевидные вещи, а потом бац, и им приходит в голову какая-то идея. «Вау, а мы не думали про это». Такое редко бывает, но иногда случается. При этом я с радостью смотрю все игры, мне интересно. У меня даже батя смотрит, болеет за команду и за меня.

— После этого мейджора результаты пошли вверх. В СНГ наконец-то появилась топовая команда-семья. Но как мы уже узнали потом, всё было не так гладко. Когда начались проблемы?

—Важный дисклеймер: я рассказываю свою точку зрения и свои ощущения не с целью кого-то обидеть. Началось всё с TI7. По мнению команды, Илья плохо выступил, на него повесили поражение Team Liquid, хотя там, наверное, не он один неудачно сыграл. Было мнение, что если бы мы тогда обыграли Liquid, то выиграли бы Инт. К Илье уже тогда было пристальное внимание, после этого мы выиграли ESL Hamburg, но провалились на DreamLeague. Илья был немножко белой вороной, отделялся от команды, поэтому ситуация эскалировалась.

— В чем выражалась эта инаковость?

— Например, команда ходила в ресторан, куда-то отдыхать, что-то обсуждала — он мог встать и уйти к себе в комнату. Выпадал из команды, а это очень важный звоночек для любого коллектива. Может, он не находил нужных слов, либо у него были дела интереснее, но отделение нарастало.

Внутри не было взаимопонимания, поэтому перфоманс Ильи ухудшался. Плюс у него появилась девушка. Лично я считаю, что это шерше ля фам [в культуре — необъяснимые мужские поступки, вызванные любовью к женщине или стремлением получить её одобрение]. На неокрепших юных умах фактор отношений не может не сказываться, все их переживают тяжело.

Команда видела, что у Ильи фокус внимания с «Доты» сместился на личные отношения. И это продолжалось на протяжении долгого времени. Лёша очень близко воспринимал все поражения команды, был отцом семейства, поэтому был очень недоволен. Он понимал, что с Илюхой походу придётся расставаться, но он не был готов это сделать. На фоне этого у Solo произошло выгорание, поэтому он взял отпуск и уехал домой.

Мы полетели на турниры вместе с Artstyle, даже выиграли Summit вместе с Ваней, было весело. Но всё равно было сложно построить диалог, достучаться до Ильи не смогли. Тогда команда познакомилась с RodjER, он как потенциальный кандидат всем очень понравился.

Можно любого психолога спросить, что отношения в 20 лет — это нечто стрессовое и опасное для карьеры. Одно дело ты студент, расстался с девушкой и побухал неделю, а другое — у тебя турнир. Девушка выложила фотографию с каким-то левым челом, ты накрутил себя и не спал всю ночь, а утром важный матч. И всё. В общем, я считаю, что это шерше ля фам. Если бы не отношения Ильи, всё могло быть иначе.

— Но у других же тоже были отношения.

— У Паши были долгие и серьёзные отношения, Лида — его будущая жена. У Лёши тоже была жена Аня. Когда у Рамзеса был роман с Танюхой [gtfobae], это привело к ужасному выступлению на EPICENTER. Вот, пожалуйста, — шерше ля фам в чистом виде. Это всё про приоритеты: у малого сдвинулся приоритет на романтику — он посмотрел, что это плохо сказывается на игре, и сделал свой выбор. Рома всегда был про команду, поэтому его роман долго не продлился.

Вован этому меньше подвержен. У него были отношения, но у него не было просадки по перфомансу из-за женщин. Он всегда был с командой. Даже если у него были личные проблемы, он не выбивался из коллектива, был со всеми дружен и открыт к помощи.

Я допускаю, что быть игроком в отношениях возможно, но только если это уже устоявшиеся отношения. Быть девушкой киберспортсмена — всё равно, что быть женой моряка, а это тяжело и не каждой подходит. Мне кажется, в той ситуации Илья просто не справился, и это наложилось на его упёртый характер.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.
Nukem на свадьбе у Лиды и 9pasha

— В интервью Lil не раз говорил, что споры не решались до тех пор, пока команда не доходила до крайней черты. Есть ли в этом правда? Почему не было психолога?

— Может, частично есть. Но командных диалогов и обсуждений всегда было дофига, просто часто Илья не принимал в них участие. Возможно, поэтому ему так казалось. Илья довольно упрямый человек, у него есть свои позиции и мнения. Может, потому что не удалось найти общий язык.

Есть, конечно, теория, что команде нужен был козёл отпущения, но мне так не кажется, потому что всем было действительно болезненно менять Илюху. К нему все хорошо относились, но дистанция становилась всё больше, а решений не поступало. Насколько я помню, ребята пытались с ним поговорить, но ничего не получалось.

С психологом всё очень просто: у нас были попытки занятий, просто игроки в это не верили. С No[o]ne и RodjER даже общался текущий психолог Team Spirit, но не зашло. Если команда не хочет работать с психологом, не верит в его необходимость, то психолог не поможет. Также отмечу, что поскольку мы побеждали, то боялись нарушить тот тонкий баланс вмешательством в умы извне.

— А ты сам не пробовал намекнуть о ситуации Илье?

— Мы с Ильёй по душам и о жизни хорошо всегда общались, но открыто говорить: «Чувак, поменяйся, или тебя кикнут», — мне было страшно. Между строк мне всегда давали понять, чтобы я не лез в дотерские внутрикомандные вопросы.

Слить какую-то инсайдерскую информацию, залезть в это всё... А вдруг Илья пойдёт в открытую конфронтацию? Виноват ведь буду я. Честно, я сильно переживал за свою жопу. Мог бы больше сделать? Да. Повлияло бы это на окончательное решение? Не уверен.

— Можно ли назвать вылившийся конфликт просчётом организации?

— Разрыв отношений редко бывает красивым. Ошибка, наверное, была в том, что это надо было сделать пораньше — это правда. Но у команды были лучшие побуждения давать Илюхе шанс до последнего.

Мне кажется, из-за характера Ильи все боялись прямо говорить: «Илюх, ты на тоненького сейчас, иначе мы тебя кикнем». Боялись, потому что он мог начать ещё хуже играть, мог появиться антагонизм с коллективом. Это сложный психологический момент. Киберспорт — это вообще инфантильная сфера. Большая часть киков и переходов — скандальная, потому что разборки детские.

Просто для Ильи это было очень резко и эмоционально, он это лично воспринял, и он имеет на это право. Потом началась ситуация выноса ссора из избы со стороны Лила, после чего подключился Дворянкин. Но ни для кого не секрет, что твиттер Ромы Дворянкина времён Virtus.pro — очень спорный. Он так игрался и позволял себе многие вещи, о которых, возможно, потом жалел. Может, я уже что-то забыл, но с позиции организации вроде всё было сделано правильно.

— Как проблемы в коллективе сказывались на тебе?

— Если говорить о ситуации с Лилом, то мне было больно. Я присутствовал при кике и не знал, что сказать Илье. Коллектив я не могу предать, а получается, что предаю друга. Морально было очень тяжело.

Во время работы в Virtus.pro я жил в жутком стрессе. Первые два года точно, в последний было уже проще. Сильно постарел, приобрёл много седых волос. У меня самого внутренние проблемы, я не суперпозитивный чел, а тут ещё давление внутри команды было повышенное.

— Как ты справлялся со стрессом?

— У нас стигматизированно это в обществе, но пора об этом заявлять. Я сидел два года на антидепрессантах, мне диагностировали циклотимию [психическое расстройство с резкими перепадами настроения от депрессивного до сильно приподнятого]. У меня были эмоциональные срывы, я ходил к психотерапевту. Чтобы вывозить работу в Virtus.pro, мне приходилось сидеть на не тяжелых, но всё же антидепрессантах и выравнивателях. Плюс медитации, по-другому было просто не справиться.

— Доходило до крайней точки?

— Были моменты, когда были срывы. У меня было сильнейшее нервное напряжение, постоянная тревога: желание бить стены, кричать. Мог открыть окно и проорать на всю улицу. Но в целом я редко проявлял свою агрессию вовне, она была больше направлена внутрь, я занимался саморазрушением. Впоследствии это состояние привело меня к жуткому выгоранию, которое было в конце моей карьеры в VP, о котором меня предупреждал психотерапевт.

Если честно, предмет моей основной гордости, что я протянул с этим составом все эти годы до конца. Это мой подвиг. Все спрашивают: «Как попасть в киберспорт?» Но многие и двух недель бы не протянули.

— Что самое тяжёлое в работе менеджера?

— Работа менеджера — когда тебя и сверху, и снизу прессуют. Противостояние интересов игроков и организации — это огромная проблема. Клуб говорит делать одно, а игроки — другое. В таких случаях я был между двух огней. Менеджер — это посредник между капец какими разными мирами, который пытается наладить связь.

В 2018 году в VP сменилась парадигма: флагманом стал состав по «Доте», а команда по CS отошла на второй план. И когда игроки понимают, что их состав тащит всю организацию и весь СНГ-киберспорт впридачу, они начинают хотеть более пристального внимания к себе. А люди в пиджаках где-то наверху в Mail.ru не очень это понимают, отсюда конфликты. Часто это касалось медийки, которую игроки ненавидят.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

Я понимал объективные причины, почему клуб не может закрыть какие-то запросы. Пытался объяснить это игрокам, но они не были согласны или не понимали: «На чьей ты стороне, Дима? Ты недоработал, недобросовестно выполняешь свои обязательства». Конечно, я не мог огрызаться на них, потому что начальство говорило: «Менеджера легко поменять, а игрока — нет». Я это понимал, поэтому приходилось жрать говно, если уж говорить откровенно.

Ещё большая часть проблем была с ТО. Как человек из реального мира и с опытом работы в большой компании я понимал, почему ТО не может для нас сделать то и это. Я всегда занимал сторону команды, это были прям кровавые бои. Приходились откровенно мошнить, чтобы были номера получше, компы вовремя настроены и еда была вкуснее.

Есть три великих тенора: Паваротти, Доминго и Каррерас. В моё время было три великих менеджера: CyborgMatt, almany- [Мэттью Бэйли — менеджер Team Secret и Мохамед Морад — менеджер Team Liquid] и я. Три бессменных человека из тир-1 составов на протяжении долгих лет. У всех других коллективов менялись менеджеры, а мы втроём всё время тусовались и решали вместе проблемы.

Морад — это отец-основатель, менеджер в стиле Korb3n. Он собрал состав вместе с KuroKy, устроил его в Liquid, потом вместе с ним и ушёл. На него игроки всегда смотрели как на старшего брата или отца. На меня, конечно, никто так никогда не смотрел, потому что я пришёл уже в готовый коллектив.

Но надо понимать, что на западе люди совсем другие и подход там более взрослый. Многие уже сформировавшиеся личности. В этом разница. Важная ремарка: я не гоню ни на кого из игроков, но эти три года были действительно очень тяжёлыми, но и кайфовыми. Ну и вознаграждения за это были нефиговыми.

— В плане зарплаты?

— И это в том числе. Я неплохо зарабатывал в тот период. У меня был, хоть и скромный, но всё же процентик с призовых. Я не могу разглашать точную цифру. Мы много выигрывали — что-то капало, классно. Плюс я жил на буткемпах и чемоданах, так что не надо было тратиться особо. Я мог копить деньги, но ничего не копил.

— Почему?

— Потому что из-за стресса всё пропивал (смеётся). В общем, вознаграждения были хорошими: мы с пацанами куда-то ездили, отдыхали и гуляли. Они платили за меня в ресторанах, на дни рождения хорошие подарки дарили, я им бесконечно благодарен. Мне не на что жаловаться, потому что я получал то, что хотел — путешествия и яркую жизнь.

Ко мне в целом ребята хорошо и по-доброму относились несмотря на редкие моменты. Просто это сложно объяснить психологически.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

— Я правильно понимаю, что на уровне человек — человек вы хорошо общались, при этом как коллегу тебя воспринимали как мальчика на побегушках и могли поставить на место? И это вызывало диссонанс...

— Да, именно так. Но при этом мы с Лёшей часто говорили что-то из разряда: «Дружба дружбой, а табачок врозь». Мы в первую очередь коллеги, а потом уже приятели. И это было сложно увязать, потому что на работе были конфликты интересов. С игроками за три года я провёл столько времени, сколько с лучшими друзьями детства не проводил. Близость общения очень высокая, но при этом вы коллеги. Сложно вывозить личные взаимоотношения, когда на них жёстко аффектит работа.

— Ты писал, что менеджерство — про кочевой образ жизни. Где для тебя грань между любовью к путешествиям, жизнью на сумках и желанием осесть?

— Тут важно разнообразие. За три года я отработал на 35 ланах. Я хотел всей этой жизни на чемоданах, но от неё сильно устал. Ездить по турнирам — круто, но в какой-то момент это переходит в день сурка. Всё становится похоже: ты начинаешь кататься в одни и те же страны, новые турнирные места не появляются. Германия, Англия и Китай — уже не интересно, всё одно и то же.

TI9 — это был мой последний бросок, к тому моменту я уже пресытился путешествиями. В коллективе уже назревали разлады. Для всего «золотого состава» последним рывком был TI9. После него — опустошение и выгорание.

Ещё за полгода до Инта появлялись мысли, что хочется осесть. Я устал быть кочевником, не мог записаться на какие-то кружки, заняться развитием, потому что жил на чемоданах. Друзья все в браке, у кого-то уже второй ребёнок... Ты читаешь Фромма и размышляешь: «Мудрецы говорят, что счастье — в любви к ближним. А любовь — это семья, брак».

Начинаешь задумываться: «Блин, наверное, я не так живу. Жить в гедонизме и для себя, наверное, неправильно. Почему я несчастен? Может, потому что у меня нет семьи? Наверное, она мне нужна, но я не могу завести семью, пока катаюсь по миру. Хочу осесть». После TI9 мы созвонились с Лёшей и Ромой Дворяникным, решили продолжить работать вместе с обновлённым составом, но меня хватило ненадолго.

Надо понимать, что можно быть разным менеджером. Есть люди, которые просто ищут КВ, условные водоносы. А есть менеджеры полного цикла, которые полностью отдают себя игрокам, как я в Virtus.pro. Это работа 24/7 все 365 дней в неделю, я жил командой. Второй вариант несовместим с личной жизнью абсолютно.

Если бы у меня была семья, я бы разрывался. Я считаю, что крутой менеджер активно гастролирующей тир-1 команды может совмещать работу с семьёй только в том случае, если это прочные и долгие отношения. По сути, это аналог жены моряка, не для каждого. Это абсолютная жертвенность.

Маша Гунина как-то сказала: «Принести бутылочку воды будущему победителю TI — это почётно». Ты с этим согласен?

— Согласен, это хорошо сказано. Мне кажется, это характеризует хорошего менеджера: ему не западло принести воду, постирать вещи или что-то ещё. Заботливость — мне кажется, одна из главных черт характера хорошего менеджера. Если её нет, придётся очень сложно.

Мне нравится заботиться о людях: застелить аккуратно кровать, принести вкусной еды или найти вкусный кофе. Так что меня это не тяготит.

— А каким ты ещё видишь хорошего менеджера?

— Это должен быть эмпат с сильно развитым эмоциональным интеллектом. Ответственность — банальная характеристика, но она должна быть. Ты должен понимать, что держишь ответ за текущее положение дел в команде. Конечно, ты не можешь влиять на какие-то внутриигровые аспекты, но всё, что вокруг вне игры, — это на тебе. И нужно понимать, что если ты это не решишь, то никто не решит. Ещё нужно быть храбрым и решительным в кризисных ситуациях, особенно в зарубежных поездках.

Главное — любить свою работу, чтобы было не пофиг на игроков. Тебя должно искренне волновать состояние команды, людей и общий прогресс.

— Много ли хороших менеджеров в «Доте»?

— Они есть, но мне кажется, что их немного. Программиста ты можешь по хард-скиллам замерить, а менеджера — нет. Индустрия молодая, она очень быстро трансформировалась из кустарно-любительской, а теперь стремится к профессиональной. У нас недостаточная дистанция, чтобы делать выводы.

Возможно, всё придёт к профессиональному спорту: всё будет сухо, меньше личных отношений — только бизнес.

— Ты будешь рад такому исходу?

— Мы не можем изменить мир, но можем поменять своё отношение. Я приму это. Мне кажется, что тот, кому важны человеческие отношения, будет это получать. Если у человека будет возможность проявлять свои профессиональные навыки — это тоже окей.

Киберспорт очень специфический. На тех же буткемпах нужна атмосфера дома, уюта и покоя. Сейчас нужны менеджеры, с которыми игрокам комфортно. Если это перестанет быть важным, значит, так надо.

— В какой-то момент за тобой закрепилось прозвище «водонос», все эти мемы со Старбаксом... Тебя это задевало, или ты относился к этому, как к шутке?

— Лично я в свой адрес такое никогда не слышал. В комментариях, может, и было, но я старался не обращать на это внимание. Конечно, меня это задевало.

Ты уже поняла, что в VP всё было непросто и меня сильно отодвигали. Возможно, это было во благо команды. Но мне было обидно. Я создавал ощущение безопасности, решал любой вопрос — это снижало уровень тревоги игроков.

Работу аналитика и тренера легко оценить по драфтам и итогам встречи. Но тонкие психологические моменты: настрой игрока, его комфорт из-за того, что он вкусно поел, ему выбили лишние минуты перед матчем на туалет или покурить... Это тонкая бэкграундная работа, которую невозможно измерить. Люди не видят это, отсюда и недооценка менеджеров. Все думают, что ты просто принёс кофе.

Мы ведь не можем всё вернуть, поменять VP менеджера и посмотреть, какой будет результат. Может быть, я вообще ни на что не влиял, а может, без меня было бы хреново. Никто не знает. Я душу вкладывал, поэтому было обидно, что меня воспринимают как поднос для воды. Значит, я сам привёл к такому отношению к себе и к своей профессии, это мой выбор.

— Считаешь ли ты, что отношение к тебе было выстроено неправильно?

— Думаю, да. Глобально это было неправильно. Virtus.pro — это одно большое исключение из правил. Всем казалось, что если поменять в уравнении одну переменную, то всё порушится как карточный домик. Рома Дворянкин построил такую структуру вокруг игроков, в которой я как менеджер всех обслуживал, и это работало. История не знает сослагательного наклонения, поэтому как было — так было.

Но сейчас я считаю, что та концепция классно работала тогда, но это неправильно по жизни. Не дай бог это переносить на другие коллективы. Я бы не хотел, чтобы у менеджера была такая роль, потому что если тебя ограничивают как водоноса, то ты им и останешься. Когда тебе дают автономию — ты развиваешься.

Источник: media.epicenter.gg

— Со стороны казалось, что изначально тот состав VP растили с золотой ложкой во рту. У тебя была такая мысль?

— Золотая ложка во рту — абсолютно точно. Дворянкин, я, да вообще все подставляли шею. Тряслись и старались удовлетворить все потребности. Всё было положено на алтарь побед «Дота»-состава.

— А не возникало сомнений или мыслей, что это ту мач?

— С точки зрения условий существования, за которые я отвечал, ту мача не было. У парней даже не было требований на бизнес-класс, хотя я считал, что они этого достойны. Я в это верил, потому что они классные. В какой-то момент я зазвездился вместе с ними, но не в том смысле, что стал ЧСВ-шником, а просто искренне верил, что их надо чествовать как рок-звёзд. Мы жили с идеологией, что они — рок-звёзды, поэтому мы должны давать им чувство, что они крутые. Кстати, за счёт этого куража и ощущения мы и побеждали.

Конечно, у всех были сомнения. Эта золотая ложка в итоге сыграла со всеми злую шутку, но тогда мы не были настолько прозорливыми. Сейчас я и, думаю, Роман, да и игроки, наверное, сами понимают, что концепция была неправильной. В конечном итоге она не хороша ни для кого, но на краткосрочной дистанции это работало.

— В какой момент они стали рок-звёздами?

— Думаю, когда пришёл RodjER, и начались мейджоры. Когда команда побеждает всё, то уже сложно отказать, а у тебя дальше Инт. Лёша очень круто всегда отстаивал интересы команды, но каких-то сверхтребований никогда не было.

— Было ли в VP разделение на личные и рабочие просьбы?

— У нас все это зрело оценивали. И они, и я могли разделять рабочие и личные отношения. Съездить в ЦУМ за шмотками — это как бы личная просьба, но я понимал, что это сэкономит игроку время, нервы и принесёт ему комфорт. Мне было не впадлу съездить и что-то купить, решить вопрос для жены или девушки. Я считал это частью своей работы, и ребята были благодарны. Всё строилось на товарищеских отношениях.

— Что самого необычного за это время просили игроки?

— Личное остаётся личным. Но могу сказать, что за три года экстравагантных просьб не было. Дальше поездки в магазин или покупки цветов особо не выходило. Игроки — такие же люди, у них обычные житейские проблемы. Каких-то историй, связанных с чем-то нелегальным или криминальным, не было.

— Не возникало ощущения, что твоей добротой просто пользуются?

— Опять же, я не буду приводить конкретные примеры, но иногда такое было. Иногда я это хавал, ничего не говорил и просто исполнял. Иногда говорил: «Чувак, это ту мач. Давай сам». Мне было довольно сложно отказывать и выставлять границы. Были тяжёлые моменты, когда я понимал, что если я поставлю границу ради своего комфорта, игрок будет недоволен. Мне не нравилось, когда такой выбор вставал, но приходилось выбирать: либо доволен игрок, либо доволен я. Чаще я делал выбор в пользу игрока.

Осознание нарушения личных границ, возможных переработок и всего этого пришло только потом. Тогда я это не осознавал, потому что в постоянной беготне было сложно анализировать ситуацию. Это осознание дошло до меня лишь спустя время.

— Мы все помним историю развития отношений Рамзеса и Соло. Какой ты видел её изнутри?

— Их тандем с Лёшей — это то, что приводило команду к успеху. Если помнишь, есть фильм «Влюбись в меня, если осмелишься». Это когда паре и друг с другом пипец тяжело, — конфликты, выяснения отношений, моральное истощение и антагонизм — и порознь хреново. От любви до ненависти один шаг. Это очень непростые взаимоотношения двух лидеров и разных типов личности. Когда они были в союзе — команда побеждала всё. Но нужен был тяжёлый труд, чтобы этот баланс поддерживать, и в конечном итоге это рухнуло, потому что это не могло продолжаться вечно.

Это была эволюция отношений. Изначально Лёша был сформированной личностью и обладал авторитетом. Но по мере развития команды Рамзес взрослел и обрастал своими принципами, осознавал роль и вес в индустрии. Он начал больше отстаивать свою позицию, поэтому Лёшина власть немного ускользала.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

Помимо этого, злую шутку с нами сыграло то, что Рамзес стал звездой и главным медиапроектом. Я считаю, что истории с GQ, Head&Shoulders и Forbes стали гвоздями в крышку гроба команды.

С такой популярностью даже взрослой личности сложно справиться, что уж говорить про малого. Конечно, это откладывало отпечаток на его эго. Команда стагнировала, Инты не выигрывались, поэтому возникали вопросы.

Команда могла распасться ещё после TI8. Я вижу это так: со временем Solo терял игровой авторитет в глазах Рамзеса, из-за этого увеличивались разногласия. Ваня это уже не мог контролировать. Тогда приняли решение сохранить состав и сделать Малого капитаном. Всё это было в том грустном ролике после TI9. Я согласен со словами Арзика, который сказал, что Лёша как бы предал себя, когда решил отойти в сторону.

У Рамзеса не было желания кикнуть или сместить Лёху после TI8, он не хотел брать на себя эту роль, но потом согласился. С одной стороны, для него эта власть была бременем, но с другой — такая личность должна быть лидером, но при этом она ещё недостаточно зрелая, чтобы полноценно исполнять обязанности. На короткой дистанции это сработало, но потом команда полетела в тартарары.

Яркая история Virtus.pro подошла к своему эволюционному тупику. То, что мы видели после, это ещё раз доказало. Тот состав добился своего расцвета, взорвался сверхновой, перегорел внутри, и всё. Конечно, все хотели закончить по-другому, но получилась драматичная концовка, неизбежная и логичная. Я видел, как тонет этот корабль. Это очень странно, как будто падение империи, и это чувство витает в воздухе: все понимали, что это последний турнир вместе, и уже не могли тянуть эту лямку.

Источник: vk.com/virtuspro

— Ты упомянул, что медийка Рамзеса в какой-то степени обернулась во вред команде. Как считаешь, почему на роль апостола выбрали именно его?

— Малой лучше всех подходил на эту роль: молодой, симпатичный, гений «Доты». Для кумира молодёжи Лёша уже был возрастным. Solo сильно сопротивлялся медийке, он не тщеславный человек.

Добрый семьянин Паша, к сожалению, не интересен широкой публике. Малой всегда был одиозной личностью с противоречивым имиджем, перехайпленный. Народу же нравятся спорные и необычные герои. Ему 20, а он уже долларовый миллионер. Быть миллионером в 29 или в 20 лет — разница большая.

Вованчик чисто по медийному образу подходил меньше. Он часто обвинял VP, что ему медийку не качают, но на самом деле, он первый, кто вставлял себе палки в колёса и отказывался от медийки. Он хотел, чтобы медийка качалась без его участия, но это так не работает. Малой тоже брыкался, но не отказывал.

— Какие ещё причины фиаско на TI9?

— Помимо самой агонии «золотого состава», главная причина провала — взять второго тренера за месяц до турнира. Арзик в какой-то момент утратил свой авторитет в глазах Рамзеса, и он пригласил к нам Булка. А у этих тренеров подход кардинально разный, в итоге получили химеру.

Ну кто прямо перед интом меняет геймплей, подход к игре и стратегии? «Деление» там какое-то появилось, о нём постоянно говорили, фигня какая-то понеслась. Два тренера — путь в никуда, точно вам говорю. И даже не смейте сравнивать с большим спортом, там всё иначе.

— Почему в итоге не удалось прыгнуть выше 5-6 места на TI?

— Я считаю, что все Инты выигрываются на куражах, и быть фаворитом — это проклятье. Инт — это турнир куража и отсутствия давления: OG и Spirit выиграли по этой причине, и по этой же причине плохо выступала Virtus.pro. Было очень сильное давление общественности, внутреннее давление у каждого игрока. Для Лёши часики уже тикали, думаю, у него внутри было чувство, что он на таймере. Да и в целом любой киберспортсмен на таймере.

Парадигма, в которой мейджоры не важны, — это проклятье «Доты». У тебя всё ради Инта. Если ты подходишь к турниру фаворитом, все от тебя ждут победы. Не дай бог ты провалишься. Каждый год ты пашешь как лошадь, строишь команду ради одного турнира, и когда такое давление, то с ним невозможно справиться. Тут нужны профессиональные психологи, другой философский подход. Но у нас всегда было пан или пропал. Думаю, так невозможно выиграть TI.

Лёгкость и yolo-отношение, благодаря которым VP побеждала на мейджорах, улетучивались на TI, и начиналось напряжение.

— На это можно было повлиять?

— Да, психотерапией. Индивидуальной и командой, чтобы игроки этого хотели и были открыты. Если бы игроки смогли подвинуть свои эго и гордыню, то поняли бы, что это так не работает. Я постоянно это говорил, но я не был авторитетом, поэтому меня никто не слушал.

Если бы мы сделали шаги в этом направлении, возможно, всё было бы иначе. Но ребята не были готовы к этому. Тогда вообще в киберспорте не верили в подход из большого спорта. Сейчас уже не так.

Источник: vk.com/virtuspro

— Что изменилось и почему?

— Мне кажется, распад «золотого состава» стакнулся с пандемией и положил конец целой эпохе и старым методам построения составов, yolo-подходу. Всё стремится к профессионализму, потому что благодаря нему ты чисто статистически с большей вероятностью выиграешь.

Период смены поколений, который начался с конца эры VP, ещё продолжается. Во многом это заслуга Team Spirit. Сейчас все всё меряют по Spirit и делают это моделью. Считаю, что копировать Spirit (вообще копировать) это не правильно, но почерпнуть ряд моментов точно стоит. Это классный прецедент, благодаря которому мы можем сказать: «Два менеджера и аналитик — это круто, дисциплина и режим — важно, психолог — нужен». Спасибо Spirit за этот профессиональный подход.

Я вообще считаю, что в первую очередь это была победа менеджмента организации. Поэтому сейчас повышается интерес к менеджерам, так что бойцы невидимого фронта выходят из тени. Я очень рад этому, потому что на протяжении многих лет было незаслуженное забвение менеджеров. Теперь люди понимают, что команда — это нечто большее. Да и в целом всё трансформируется. Спасибо Spirit за спортивный подход и за то, что все теперь задумываются про менеджмент, аналитиков и психологов.

— После TI9 были попытки собрать состав вокруг старых игроков, хотя вроде бы эра уже завершилась. Это было от безысходности?

— Сложно сказать. Думаю, ребятам просто нравилось вместе играть, они верили друг в друга. Появились новые надежды и амбиции построить всё заново. Оставлять ядро и пробовать формулу со свежей кровью — это нормально. В целом это было логично, в онлайне ребята хорошо себя проявляли и показывали результаты, но не сработало.

Тогда ещё не было такого смещения в пользу молодых. Лично я верю в преемственность поколений, но думаю, что «старики» ещё могут показать. Я никого со счетов не списываю, но думаю, что этот год нам всё покажет.

— В VP ты успел поработать и с Дворянкиным, и с Гламаздой. В чём разница?

— Они очень разные. У них если не противоположные, то очень близкие к противоположному подходы. Роман больше горизонтальный менеджер, он всегда был с коллективом: мог на турнире к Рамзесу подойти с мятой, порофлить, покрасить волосы в розовый. Он был куполом вокруг Virtus.pro, своим человеком.

Я не могу себе представить Сергея в этом амплуа. Гламазда — топ-менеджер из корпоративного сегмента, акула бизнеса. У него свой подход к работе и ведению дел. Их сложно сравнить, они очень разные.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

— Чей подход тебе ближе?

— Мне больше импонирует подход Романа, потому я больше про домашнюю обстановку и стартапы, а не корпоративную модель. Свободы при Дворянкине было больше.

Мне кажется, в идеале нужна золотая середина, какой-то третий подход к управлению киберспортивной организацией. И личная вовлечённость, и бизнес-подход. У Романа был перекос в одну сторону, а у Сергея, наверное, немножко в другую.

Как я вижу, в VP поменялась бизнес-модель ведения киберспортивного клуба. Насколько это хорошо — покажет время, пока вроде бы не очень.

— А насколько за это время изменился ESforce?

— Поменялось вообще всё. Сменился весь высший менеджмент, который был в своё время при Черепенникове. Мне многое не позволяет говорить NDA, но Virtus.pro, в которую я приходил, и та, что была спустя три года, — это разные организации.

Это продиктовано обстоятельствами. По факту беззаботное время весёлых надежд, когда инвесторы вбухивали деньги, уже прошло. Сейчас все считают деньги и задаются вопросом: «Где обещанные прибыли?» Соответственно, винтики и гаечки закручиваются. Я не говорю, что это неправильно. Это необходимо, но мне кажется, что киберспорт — это всё ещё свободолюбивый стартап, и корпоративный подход тут пока не работает.

— Не хотелось ли тебе дальше работать в организации, которой ты отдал так много? Может, на другой позиции...

— У меня были амбиции, желания и идеи о повышении и расширении моих полномочий, и мы с Романом это обсуждали. Конкретно в той бизнес-модели Роман не видел для меня большего применения. Наверное, он не хотел, чтобы я распылялся, или чтобы на моё место пришёл менее надёжный человек. Поэтому я сменил позицию только после смены руководства, когда он уже ушёл.

С весны 2020 года официально у меня была позиция операционного менеджера, но по факту я исполнял обязанности операционного директора. Это была мёртвая бюрократическая работа: финансы, контракты и регламенты. Я понял, что это не совсем моё, потому что всё сводилось к огромному количеству сухих операционных задач и не было работы в поле, которую я люблю. Меня поплавило, я понял, что больше не могу там оставаться. Руководство это тоже видело, поэтому мы приняли обоюдное решение разойтись.

— Чему ты научился в Virtus.pro за 3,5 года?

— Терпению, смирению и понимаю того, что любой вопрос можно решить. Ну и, конечно же, умению их решать.

— О чём ты жалеешь и что сделал бы иначе?

— Ни о чём не жалею. Я против того, чтобы что-то менять, потому что те ошибки было необходимо совершить, чтобы стать тем, кто я есть сейчас. Это мой дао, я его должен был пройти.

— Самое приятное воспоминание, которое связано с VP?

— Наши победы. Ещё классно отзывается совместная поездка в Тайланд. Было много тёплых моментов, за которые я всем очень благодарен.

— С кем из VP у тебя остались самые близкие отношения?

— Наверное, самые тёплые с Роджером, люблю Володьку. А вообще со всеми я остался в хороших отношениях.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.

Мне кажется, наши отношения — это хорошая тема работы для психотерапевтов. Мы вроде как были суперблизки, проходили огонь, воду и медные трубы вместе. Кажется, что с такими людьми ты будешь дружить до конца дней. Я периодически вижусь с ребятами, но мне кажется, что мы уже стали чужими друг другу. Это вроде и было, а вроде и нет. И это вводит в диссонанс, я не знаю причин. У нас хорошие отношения, но иногда чувствуется натянутость. Мне из-за этого больно и обидно.

Эмоционально кажется, что после стольких лет отношения должны быть теплее и ближе, чем они есть. Мне стоит подумать, почему так произошло. Да, у меня много пережитых травм и обид, но надо поразмышлять, может, и я ребят чем-то обижал.

— Хотелось бы тебе, чтобы отношения были теплее?

— Да, определённо. Это было бы справедливо по отношению к опыту, который мы пережили. Наверное, это из-за сложности разграничения рабочего и личного, из-за которого мы сталкивались, поэтому всё очень неоднозначно. К тому же, в первую очередь мы были коллегами, людьми из разных миров, с разными интересами и философией.

В обычном мире мы бы не сошлись, наверное, никогда. Возможно, наша дружба была искусственной, созданной обстоятельствами, поэтому ей пришёл закономерный конец. Пути разошлись. Наверное, это нормальный рабочий процесс, но мне всё равно грустно.


Вторая часть интервью с Димой о его духовных исканиях и работе в HellRaisers выйдет 10 февраля.

Контент недоступен.
Приносим извинения за неудобства.
Заглавное фото: vk.com
Теги

The International VII The International VII

The Kiev Major The Kiev Major

The International VIII The International VIII

The International IX The International IX

VP VP

Solo Solo

Artstyle Artstyle

RodjER RodjER

Lil Lil

9pasha 9pasha

No[o]ne No[o]ne

RAMZES666 RAMZES666

F1y1eaf F1y1eaf

Nukem Nukem

dvoryrom dvoryrom

Другие статьи

Комментарии 1